Соледар сегодня — одна из самых горячих точек в Украине. В городе идут ожесточенные бои, невозможно точно сказать, под чьим контролем он находится. Российская сторона уже заявляла, что Соледар они захватили. Украинская сторона это опровергла.
«Ночь в Соледаре была жаркой, продолжались бои. Враг бросил почти все основные силы на Донецкое направление и поддерживает высокую интенсивность наступления. Наши бойцы смело пытаются удержать оборону», — написала в телеграм-канале замминистра обороны Украины Анна Маляр.
Накануне, рассказывая о ситуации в городе, Маляр заявила, что россияне несут большие потери, но, не жалея ни сил, ни людей, продолжают идти в наступление буквально по трупам своих погибших солдат.
«Там держаться почти невозможно»
— Если очень коротко: там происходит ад. Там происходят такие бои, которые мир не видел со Второй мировой, которые уже невозможно было представить в наше время, — говорит экс-командир роты батальона «Айдар» Евгений Дикий.
В интервью Radio NV он рассказал, что в Соледаре и Бахмуте сейчас сражается много его побратимов и называет этих людей героями.
— Там держаться почти невозможно, потому что война совершенно не такая даже, как мы уже видели. Это все время близкое контактное сражение, это уличные бои в городской застройке, точнее в том, что осталось от той городской застройки. Это бои в развалинах, бои за каждый отдельный дом, за каждый подвал.
Бывает даже, что один подъезд наш, а один — их. Один из моих друзей, например, непосредственно воевал внутри школы: одно крыло школы было наше, а второе крыло школы было под оккупантами. И в коридорах школы, и в спортзале проходил бой.
Что из этого следует? Никакой пользы от бронетехники, она там просто не выживает вообще. Соответственно, она туда теперь и не заезжает. Потому что если въезжает, то живет несколько минут. Это касается и нас, и их.
Соответственно, таковой становится и логистика. Если доехать до города и что-нибудь довезти можно, то уже в пределах этих кварталов, где ведутся бои, на том, что условно можно считать «нулем»… Хотя там очень трудно объяснить, где «ноль», где «минус», где «плюс», потому что все смешано внутри одних и тех же кварталов.
Вообще нет линии обороны, есть такая страшная мозаика. В эту мозаику все — и боекомплект, и медикаменты, и еду, и главное — питьевую воду — приходится нести пешком, на горбу, в рюкзаках. Происходит это преимущественно ночью, чтобы не попасть хотя бы под снайпера, — объясняет Дикий.
«Русская трехволновка»
По словам Дикого, с наступлением морозов ситуация сильно ухудшилась. Когда противник находится практически вплотную, невозможно ни обогреться, ни обустроить позиции, чтобы не выдать себя.
— К сожалению, там приходится греться какими-то минимальными очагами, которые далеко не каждый день вообще можно разжечь. Лишь немножко спасают химические грелки от сухпайков, которые засовывают под бронежилеты, и химические теплые стельки в обувь. Они, кстати, сейчас там на вес золота. Это очень тяжело и очень вредно для здоровья. Наши медики подтвердят, что у них людей с обморожениями значительно больше, чем с ранениями. Это дополнительная проблема, которую приходится там решать.
Дикий утверждает, что российская артиллерия продолжает бить по городским кварталам даже несмотря на то, что рискует попасть по своим.
— То есть если какой-то квартал не только их, а еще перемешанный с нашими защитниками, они спокойно туда наводят арту. Они совершенно спокойно, сознательно убивают и своих солдат, чтобы вместе с ними прихватить и наших. Это действительно что-то нечеловеческое абсолютно, это что-то со времен Советского Союза, из маршала Жукова.
Экс-командир роты «Айдара» говорит, что россияне фактически стелют себе дорогу трупами своих же бойцов.
— Идет эта так называемая русская трехволновка, она же «русская трехслойка», когда первая волна идет заведомо на убой, вторая волна идет заведомо на убой. Они даже особого вреда не наносят, но пока их утилизируют, начинает заканчиваться боекомплект и начинает клинить оружие, потому что ни пулемет, ни автомат не рассчитаны на многие часы непрерывного огня.
Вот тогда уже третьей или четвертой волной подтягиваются тоже вагнеровцы, но не «пушечное мясо», набранное на зонах, а наоборот — профессионалы, много лет работающие по Азиям, Африкам именно как наемные солдаты.
Он признает, что «потери значительные» с обеих сторон. И говорит, что из Соледара украинским войскам «скорее всего придется уйти».
— И держаться там — это сверхзадача. И то, что мы уже так долго этот штурм выдерживаем, — это действительно уже и так выдающийся подвиг.
Закончилась еда и вода
Проблемы с логистикой подтвердил в разговоре с CNN один из воюющих в Соледаре украинских бойцов, имя которого по соображениям безопасности телеканал не называет. Разговор состоялся по телефону 12 января.
Военный говорит, что у них закончились еда и вода, есть раненые, а последняя эвакуация была три дня назад.
— Мы пытались уйти сами, но орки [русские] уже там. Если сегодня не будет приказа отступить, мы, скорее всего, не успеем уйти, — сказал он CNN по телефону.
— Нам сказали, что мы будем отозваны. А теперь нас просто бросили, — делает вывод он.
Боец сказал, что у них еще остались боеприпасы, а последний приказ был — держаться до конца.
— Мы держимся, пока можем. Но каждый может устать и в конце концов дойти до предела. Невозможно так долго держаться только на высоком моральном духе.
