Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Абсолютно все равно, что меня забрасывают помидорами». Большое интервью Марии Колесниковой Марине Золотовой
  2. Военные блогеры все чаще отвергают альтернативную реальность на поле боя, которую рисуют Путин и военное командование РФ — ISW
  3. Появилось еще одно подтверждение того, что Тихановская переезжает из Вильнюса
  4. «Надоели пляски на костях моего отца». Дочь умершего в Белостоке активиста Владимира Уссера ответила пропаганде
  5. «30 Гб — это на выходные чисто фильмы посмотреть?» Беларусы возмутились ограничением безлимитного мобильного интернета
  6. Состоялась первая двусторонняя встреча Владимира Зеленского и Светланы Тихановской
  7. Пропагандист объяснил, почему Лукашенко поднял по тревоге мехбригаду на Витебщине в обход Генштаба — чтобы не было как в Венесуэле
  8. Детей «тунеядцев» могут поставить в СОП. В милиции назвали условие
  9. Экс-спикерка КС Анжелика Мельникова пропала 10 месяцев назад: что известно (и чего мы до сих пор не знаем) о ее исчезновении
  10. В пункте пропуска на литовско-беларусской границе приостановили оформление грузовиков
  11. Лукашенко заставил его уехать из страны, а потом силовики добивались возвращения. История самого богатого беларусского вора в законе
  12. «Пока что белому шпицу Лукашенко оставлено больше прав, чем народу Беларуси». Зеленский выступил с яркой речью в Вильнюсе
  13. «Это не про политику». Посмотрели, что думают беларусы о большом интервью Колесниковой и ее идее «возвращения к нормальности»


/

Президент России Владимир Путин назвал «провокаторами» людей, которые называют Москву ненадежным союзником. Однако признал, что РФ не торопится предпринимать активные действия для помощи Ирану, в том числе потому что учитывает интересы Израиля, арабских стран и сама ведет «боевые операции».

Встреча Владимира Путина с президентом Ирана Масудом Пезешкианом в октябре 2024 года. Фото: пресс-служба Кремля
Встреча Владимира Путина с президентом Ирана Масудом Пезешкианом в октябре 2024 года. Фото: пресс-служба Кремля

Эти заявления Путин сделал на Петербургском международном экономическом форуме 20 июня.

— Те, кто продвигает такие нарративы о ненадежности России как союзника, — провокаторы. Они провоцируют ситуацию. Но это им не поможет, они не добьются своих целей, — заявил Путин, отвечая на вопрос о том, что он скажет на утверждения, будто «Россия — ненадежный союзник, потому что она не вступилась за Иран».

Политик пояснил, что Москва уже проявляет «определенную солидарность» с Тегераном, но «все-таки любые конфликты достаточно уникальные».

— В Израиле проживают почти два миллиона человек — выходцев из бывшего Советского Союза и Российской Федерации, это почти русскоговорящая страна сегодня. Мы, безусловно, всегда в новейшей российской истории учитываем этот фактор, — сказал он.

Одновременно у РФ «сложились очень добрые, доверительные, дружеские и союзнические отношения с арабским и исламским миром» (отметим, во многих арабских странах к Ирану относятся враждебно. — Прим. ред.) и «это тоже фактор».

— Кто говорит, что мы должны были бы сделать больше: что — больше? Начинать какие-то боевые операции — так, что ли? У нас и так идут боевые операции с теми, которых мы считаем противниками тех идей, которые мы защищаем, и тех, кто создает угрозу для Российской Федерации. А это в основе своей, в принципе, одни и те же силы — что в Иране, что в российском случае — там где-то, подальше, в тылу, за спиной. Но это даже не те, кто на линии боевого соприкосновения находится, — порассуждал Путин.

Впрочем, он заверил, что Россия «защищает право Ирана на мирный атом» и контактирует по этому вопросу с Израилем и США.

Напомним, ранее эксперты отмечали, что новая война на Ближнем Востоке способна перекроить карту самого нестабильного региона в мире, где Россия традиционно считалась одним из важных игроков. Ее позиции и так ослабли после бегства Башара Асада из Сирии и в связи с приоритетной для Кремля войной против Украины. Теперь же Москва рискует пропустить еще один удар по репутации, если война Израиля с Ираном закончится дестабилизацией или развалом страны, которую Владимир Путин всего полгода назад объявил «стратегическим партнером».