Издание devby.io поговорило с военнообязанными айтишниками, живущими за границей, о том, ездят ли они на родину и имеют ли проблемы с военкоматом.
«Грустно от того, что не удалось попрощаться с бабушками и побывать на похоронах»
Фронтенд-разработчику Игорю (имена героев изменены) 25 лет. Он переехал в Польшу в 17 — поступил в вуз и дальше остался жить. Последний раз в Беларусь он приезжал в 2021 году.
— Тогда еще отсрочка полагалась студентам любых вузов, в том числе зарубежных, и в военкомате лежали бумаги, которые подтверждали, что я здесь учусь, — говорит молодой человек.
Позже домой стали приходить повестки, поэтому я не ездил в Беларусь, опасаясь, что заберут в армию. Очень жду достижения 27 лет и надеюсь, что к тому моменту призывной возраст не повысят.
Игорь говорит, что ему «хочется надеяться», что ситуация в мире и в стране позволит ему не только вернуться, но и перевезти в Беларусь свой бизнес.
Мы спросили у Игоря, как он видится с родными. Он говорит: «Никак». Он и его семья уже привыкли к этому, «да и из беларусского круга общения осталась лишь пара человек».
— Обе мои бабушки умерли, и мне грустно от того, что не удалось попрощаться с ними и побывать на похоронах. С родными обсуждаем варианты, где бы нам встретиться: они предлагают в Санкт-Петербурге, но я не уверен насчет этого.
«Звонят раз в полгода. В последний раз угрожали»
Бэкенд-разработчику Максиму 22 года. Он уехал из Беларуси в 2022 году, когда «компания поставила условие: или релоцируем в Польшу, или увольняем», — рассказывает айтишник.
Примерно два года назад на Максима завели уголовное дело за уклонение от службы в армии. «Хотя по закону не должны были (как и призывать меня повесткой), так как на тот момент я уже больше шести месяцев не был в стране», — добавляет молодой человек.
— Родным стали названивать из милиции. Отстали после того, как мама дала им мой польский номер. Со мной связались по вайберу и попросили написать объяснительную, почему не явился в военкомат. Я согласился — пояснил, что не могу приехать из-за того, что не отпускают с работы, мол, мне перенесли отпуск. Приложил в доказательство документ от компании.
Как мне сказали, на основании объяснительной человека просто удаляют из розыска на полгода — и он может без опаски путешествовать за пределы Европы. Но сейчас я больше не работаю в той компании — и сослаться на нее не могу.
А из милиции звонят раз в полгода. И если в самом начале они уговаривали меня хотя бы встретиться на границе, чтобы подписать документы, то в последний раз в январе угрожали: «Если сейчас не приедешь, будет только хуже». После этого звонков не было.
Максим говорит, что он видится с родными раз в полгода в Турции или ОАЭ. В страны СНГ он «на всякий случай» ни ногой.
— Своих 27 лет не жду, потому что не уверен, что, вернувшись домой, отделаюсь только штрафом. До меня доходили слухи, что и людей, вышедших из призывного возраста, тоже могут отправить в колонию.
Я вообще не планирую возвращаться: обосновался в Польше, строю здесь свою жизнь, есть ВНЖ и перспектива получения гражданства.
«После университета получил военный билет, не подлежу призыву в мирное время»
Бэкенд-разработчику Аркадию 25 лет. Он живет в Литве с лета 2022 года. Айтишник признается, что у него серьезный диагноз.
— После университета я получил военный билет и больше не подлежу призыву в мирное время.
В 2022 году были пересмотрены критерии годности призывников. Неожиданно годны оказались даже те, кто ранее был признан негодным к службе в мирное время. Но на минский адрес Аркадия повестки из военкомата ни разу не приходили, говорит наш собеседник.
«Летом приезжал в Беларусь в последний раз — повидаться с бабушками и дедушками»
QA-инженер Анна в 2022 году уехала в Польшу, но через полтора года вернулась на родину — компания сократила, и она смогла быстро найти работу только в Беларуси.
Сын Анны остался в Польше, юноша поступил там в лицей. Анна говорит, что прошлым летом он приезжал в Беларусь в последний раз — повидаться с бабушками и дедушками. В этом году ему исполнится 18 лет — но наша собеседница уже запретила ему появляться дома, так как опасается, что «его больше не выпустят».
У молодого человека диагноз, который до 2023 года гарантированно освободил бы его от службы в армии, но после пересмотра критериев годности сын Анны подлежит призыву.
Анна ездит в Польшу, чтобы побыть с сыном, так как у нее пока есть виза, и надеется, что сможет получить еще, когда она истечет. А еще айтишница ищет там работу.
Можно ли вернуться в Беларусь после истечения призывного возраста?
Медиа уже разбирали с экспертами, какая ответственность предусмотрена за уклонение от военной службы. А именно — как административная, так и уголовная.
Анонимный беларусский юрист, который дал комментарии на сей счет немецкому изданию, поясняет, что административное дело заводят за неявку в военкомат без уважительных причин. Она влечет за собой штраф от 10 до 30 базовых величин, сегодня это от 420 до 1260 рублей.
Неявка на медицинское освидетельствование влечет уже уголовную ответственность и наказывается штрафом, арестом на срок до шести месяцев, ограничением или лишением свободы на срок до трех лет.
По словам эксперта (а он как раз является адвокатом, специализирующимся на таких делах), судьи чаще назначают штраф — от 30 до 1000 базовых величин, то есть от 1260 до 42 000 рублей на сегодня.
Если призывника задержали на границе или экстрадировали в Беларусь, то, скорее всего, его возьмут под стражу, и наказание будет более суровым — назначат «химию» или лишат свободы сроком на год.
Призывной возраст в Беларуси до 27 лет. Однако юрист предупреждает: если уголовное дело было возбуждено, а человек скрывался за границей, его задержат, как только он снова окажется в Беларуси или будет одобрен запрос на его экстрадицию. Именно так в 2023 году в Минске по прилете задержали 28-летнего беларуса, который за семь лет до этого не явился на медкомиссию в военкомат и уехал в США.
Читайте также на devby.io:
«Теперь я годен». Айтишники с проблемами со здоровьем получают повестки
Айтишникам выдают повестки на сборы дома и на работе — узнали детали
Можно ли отстоять ценного сотрудника. Эйчары о работе с военкомами