Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Абсолютно все равно, что меня забрасывают помидорами». Большое интервью Марии Колесниковой Марине Золотовой
  2. Военные блогеры все чаще отвергают альтернативную реальность на поле боя, которую рисуют Путин и военное командование РФ — ISW
  3. Появилось еще одно подтверждение того, что Тихановская переезжает из Вильнюса
  4. «Надоели пляски на костях моего отца». Дочь умершего в Белостоке активиста Владимира Уссера ответила пропаганде
  5. «30 Гб — это на выходные чисто фильмы посмотреть?» Беларусы возмутились ограничением безлимитного мобильного интернета
  6. Состоялась первая двусторонняя встреча Владимира Зеленского и Светланы Тихановской
  7. Пропагандист объяснил, почему Лукашенко поднял по тревоге мехбригаду на Витебщине в обход Генштаба — чтобы не было как в Венесуэле
  8. Детей «тунеядцев» могут поставить в СОП. В милиции назвали условие
  9. Экс-спикерка КС Анжелика Мельникова пропала 10 месяцев назад: что известно (и чего мы до сих пор не знаем) о ее исчезновении
  10. В пункте пропуска на литовско-беларусской границе приостановили оформление грузовиков
  11. Лукашенко заставил его уехать из страны, а потом силовики добивались возвращения. История самого богатого беларусского вора в законе
  12. «Пока что белому шпицу Лукашенко оставлено больше прав, чем народу Беларуси». Зеленский выступил с яркой речью в Вильнюсе
  13. «Это не про политику». Посмотрели, что думают беларусы о большом интервью Колесниковой и ее идее «возвращения к нормальности»


/

Гостелеканал «Беларусь 1» показал еще одного беларуса, который прожил пять лет в Польше, но недавно вернулся через комиссию по помилованию. Он заявил, что в эмиграции у него поменялись взгляды после ролика КГБ, и повторил посыл пропаганды о том, что в ЕС «мы никому не нужны».

Кирилл Данилькевич. Скриншот видео "Беларусь 1"
Кирилл Данилькевич. Скриншот видео «Беларусь 1»

Кирилл Данилькевич утверждает, что планировал отъезд из Беларуси «задолго до всего этого», то есть протестов 2020 года, и прожил в Польше пять лет. По его словам, изначально у него «была неправильная чуть-чуть позиция в голове — где-то, может, поставил лайк не тот».

Но потом молодой человек «очень захотел домой» — несмотря на то, что за границей у него невеста и ребенок. В Беларуси же у него осталась мама, а две бабушки за время отсутствия Кирилла умерли — на похороны он не приезжал.

Беларус связался через Telegram с ГУБОПиК — силовики отправили ему ссылку на комиссию по возвращению. Оттуда Данилькевичу написали, что в Беларуси против него нет ни административных, ни уголовных постановлений:

— Ничего не заведено: спокойно едь домой — ты не враг.

Кирилл рассказал, что поменять политические взгляды его заставил просмотренный ролик КГБ с пропагандой против беларусских демсил. Когда же началась война в Украине, он «сначала тоже был настроен чуть-чуть неправильно», однако потом начал «копаться во всем этом и все понял, что происходит» — как следует из его слов, на это тоже повлиял пророссийский контент.

Данилькевич несколько раз повторил пропагандистский нарратив о том, что в Европе мы «никому не нужны». Как он пришел к такому выводу и чем занимался в Польше, не уточнил.

Что за комиссия

Напомним, в 2022 году Лукашенко заявил о «принципиальном решении» создать межведомственную комиссию для работы с беларусскими эмигрантами. Комиссия под руководством Андрея Шведа рассматривает обращения беларусов, желающих вернуться, и сообщает, есть ли к человеку претензии со стороны властей, а также о возможности вернуться, не попав за решетку.

Однако люди, вернувшиеся в страну после обращения в комиссию, в ряде случаев все равно подвергаются уголовному преследованию.

Например, в ноябре 2023 года Игорь Немирович вернулся через комиссию по возвращению эмигрантов, но был приговорен к году колонии за оскорбление Лукашенко. А в декабре того же года Татьяна Соболь с аналогичным интервью оказалась под следствием по «народной» статье 342 УК.

Время от времени вернувшихся через комиссию беларусов показывают на госТВ, где они рассказывают о своем разочаровании Европой. Но, учитывая известные случаи давления на бывших эмигрантов, безоговорочно доверять таким заявлениям сложно.