Жительница Борисова продала квартиру своей двоюродной племяннице, а через несколько месяцев умерла. Ее дочери и наследницы решили, что сделка была нечистой и родственники воспользовались ментальным нездоровьем женщины, которая перед тем перенесла инсульт. Они подали иск в суд с требованием признать сделку недействительной. Родственники же настаивали на том, что женщина была в здравом уме, просто дочерей не жаловала. Кому поверил суд, а кто остался в долгах? Рассказываем на основании судебного решения.
Пожилая борисовчанка Вера (все имена вымышлены) умерла в сентябре прошлого года в возрасте 64 лет. К этому привела длительная болезнь. Еще в 2021 году женщина перенесла кардиоэмболический инфаркт головного мозга (проще говоря, инсульт). В августе 2023 года инсульт случился снова, после него Вера уже не пришла в сознание и скончалась в больнице после месячной комы.
У женщины остались две дочери, которые были наследницами по закону. Когда мать была в коме, они узнали, что в апреле 2023-го она продала свою квартиру двоюродной племяннице Елене — дочери двоюродной сестры. А потому они, ее родные дети, остались без наследства.
Дочери подали иск в суд и потребовали признать сделку недействительной на том основании, что мать в силу перенесенного инсульта не могла понимать значение своих действий и подписала договор о продаже квартиры, не вполне осознавая последствий.
Тотальная афазия
По словам дочерей, после инсульта Вера перестала разговаривать (на все вопросы отвечала фразой «Да-да»), плохо слышала, плохо понимала обращенную к ней речь, стала эмоционально нестабильной, проявляла агрессию, когда ее не понимали, появились странности в ее поведении (могла выбросить одежду, рассыпать таблетки и так далее).
Четыре свидетеля, которых пригласили на суд дочери, подтвердили, что поведение Веры после инсульта сильно изменилось, с ней было трудно общаться из-за проблем с речью, она проявляла злобу, нервозность, плаксивость.
Об этом говорили и медицинские документы. После лечения в 2021 году женщине выставили диагноз «тотальная сенсомоторная афазия». Мозг был поврежден так, что, согласно заключению медиков и логопеда, Вера не могла говорить, плохо слышала, плохо понимала обращенную к ней речь и не могла писать. Также у нее плохо работали правая рука и нога.
После инсульта женщина дважды лежала в больнице на реабилитации — в середине и конце 2022 года. В ее медицинских документах не зафиксировано существенных улучшений состояния.
Внезапная сделка
По неизвестной причине с середины марта 2023 года Вера стала жить в доме своей двоюродной сестры. Там же жила и дочь сестры Елена со своей семьей.
И буквально через две недели, 3 апреля, Вера продала этой племяннице свою квартиру в Борисове. Цена сделки в судебном документе не названа, но не исключено, что при таких обстоятельствах она могла быть сильно ниже рыночной.
В тот же день в Минском областном агентстве по госрегистрации и земельному кадастру (по-простому БТИ) заверили договор купли-продажи и зарегистрировали факт сделки и переход права собственности на жилье от Веры к Елене.
Адекватное состояние
Несмотря на диагностированную у женщины тотальную афазию, все представители стороны ответчика на суде утверждали, что она вполне осознавала свои действия и могла выражать свою волю.
Племянница умершей Елена и ее адвокат были категорически не согласны с иском. Они утверждали, что при подписании договора Вера была в адекватном состоянии и понимала все, что происходит. Более того, по словам Елены, ее тетя сама была инициатором этой сделки, так как негативно относилась к своим дочерям и, видимо, не хотела, чтобы квартира осталась им.
Свидетели, которых привела Елена, тоже описывали умершую как абсолютно нормального человека, не проявляющего странностей в поведении, поясняли, что у Веры были лишь проблемы с речью, но при этом она все понимала и с ней можно было общаться.
Даже регистратор заявила, что в момент заключения договора не увидела никаких отклонений в поведении Веры, ее намерение продать квартиру и согласие с условиями сделки якобы было очевидным, поэтому она заверила документы. Чиновница уверяла, что процедура регистрации была проведена компетентно и в установленном порядке.
Разбирались эксперты
Чтобы выяснить, кто прав, по ходатайству дочерей Веры суд назначил посмертную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу. Согласно оценке специалистов главного управления Госкомитета судэкспертиз, на момент заключения договора купли-продажи Вера страдала рядом психических расстройств, вызванных повреждением мозга.
Это проявлялось в виде заторможенности, снижения памяти, нарушения ориентировки в месте и времени. Также были эмоциональные нарушения в виде неустойчивости настроения, плаксивости, раздражительности, тревожности. Было нарушено мышление, снижены критические и прогностические функции (способность планировать и предвидеть последствия своих действий). При этом объективных данных о положительных изменениях не имелось.
Эксперты сделали вывод, что ввиду заболеваний Вера была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими во время подписания договора купли-продажи квартиры.
Специалисты подчеркнули, что показания свидетелей со стороны ответчицы о полном психическом здоровье Веры не заслуживают доверия, поскольку явно противоречат медицинской документации женщины. Также эксперты отметили, что при заключении договора в БТИ Вера могла внешне выглядеть нормально, о чем и говорила регистратор, но это не свидетельствует о том, что она была способна понимать суть и последствия сделки и сама принимать решения.
Лишились квартиры и денег
Согласно статье 177 Гражданского кодекса, сделка, даже будучи совершенной дееспособным человеком, может быть признана судом недействительной, если он или она в момент сделки были неспособны понимать значение своих действий и руководить ими. Иск об этом могут подать те, чьи права или законные интересы были нарушены такой сделкой, либо же сам этот человек.
Поскольку заключение экспертов было однозначным, суд согласился с требованиями дочерей Веры и удовлетворил их иск. Сделка о продаже квартиры, заключенная между умершей и ее племянницей, была признана недействительной. Право собственности Елены на недвижимость было отменено.
Более того, поскольку дочери Веры выиграли дело, им было положено возмещение судебных расходов. А расходы оказались серьезными. Женщины заплатили 407 рублей госпошлины, 1175 рублей отдали за услуги адвоката. А посмертная экспертиза и вовсе обошлась в 5117 рублей.
Соответственно, Елену, которая лишилась квартиры, обязали выплатить истицам 6699 рублей в качестве компенсации судебных расходов.
Читайте также
