Правозащитники сообщают об облавах на политзаключенных в одиннадцати исправительных учреждениях открытого типа. Согласно их информации, ГУБОПиК и ОМОН проводят задержания и проверяют телефоны у отбывающих «химию» людей. Но с чем связана такая активизация силовиков? Это новый виток репрессий со стороны властей? «Зеркало» спросило политических экспертов.
Политический аналитик проекта «Позірк» Александр Класковский отмечает, что пока трудно понять, в каком масштабе проходит эта репрессивная «кампания».
— Я думаю, что есть какая-то генеральная линия властей. Это не значит, что в конкретном случае Лукашенко или министр Кубраков отдают указания: «Давайте прошерстим этих „химиков“». Скорее всего, решение принимается на уровне какого-то среднего руководящего звена, каких-то майоров или подполковников. А они просто чувствуют, в какую сторону ветер дует. Они видят, что пока «сверху» ничего не меняется, — отмечает аналитик. — Мы видим, что и амнистии никакой «политической» нет, и в целом речи Лукашенко по-прежнему суровы по отношению к политическим оппонентам. Так что силовики просто чувствуют эту генеральную линию, суть которой в том, что те, кого власть считает врагами, не должны чувствовать себя спокойно, даже если они уже получили какое-то наказание.
Аналитик считает, что те, по задумке властей, «постоянно должны ощущать, что на них клеймо, и нормальной спокойной жизни в этой стране им не будет».
— Судя по всему, одна из установок властей — это по-максимуму выдавить из страны тех, кого они считают своими активными оппонентами, потенциальными смутьянами, которые могут поднять новый бунт и восстание. И насколько я знаю, тем людям, которые находятся за решеткой, часто даже открытым текстом дают понять: освободишься — уезжай из страны, иначе тебя будут доставать. Мы знаем, что некоторым отбывающим наказание дают дополнительные сроки, находят какие-то новые составы преступлений. Теперь пошли по «химикам»: кому-то ужесточат наказание, кому-то добавят срок, а кому-то просто таким образом шлют сигнал: «откинулся» — думай, куда бы уносить ноги. Так что это явная цель — создать максимальный дискомфорт тем, кого власть считает врагами, — добавляет Класковский. — Кроме прочего, у силовиков есть своя логика и свой интерес. Они должны показывать, что не даром хлеб едят. И когда не хватает новых врагов, они идут по второму кругу: нужно найти у них новые нарушения или новые преступления, чтобы бросить за решетку. Это внутренняя логика корпорации силовиков, которым нужно показывать ударные результаты.
По мнению политолога Валерия Карбалевича, «карательная машина настроена, отрегулирована и оснащена».
— И по этой причине она должна все время работать, не переставая. Она не может быть в застое. С самого политического верха есть команда продолжать репрессии и не останавливаться ни в коем случае. Это с одной стороны. А с другой стороны, уже всех, кого можно было посадить за участие в протестах 2020 года, наверное, посадили. И возникает проблема: где брать новых жертв вот этой репрессивной машины? Власти не находят ничего лучшего, как просто начать идти по второму кругу. Мы видим случаи, когда людей, которые уже отбыли наказание, начинают судить по новой. В том числе набросились на тех, кто оказался на «химии», хотят им ужесточить наказание. По дороге бизнесмены попались, которые повышали цены. Но это все-таки временные жертвы. Кампания закончится — опять надо будет кого-то искать, кого коснутся санкции. Ищут среди тех, кто уже сидел, — отмечает эксперт.
Карбалевич добавляет, что в таком случае в репрессивной схеме образовывается бесконечный круг — под раздачу может попасть кто угодно.
— И все это будет продолжаться. Весьма вероятно, что вслед за «политическими» пойдут и другие категории граждан. Например, бизнесмены, которые повышали цены. Это классический пример того, что репрессии начинают распространяться и на другие слои населения, где речь о политике даже не идет. Причем к ним используются те же методы: люди каются на камеру, что, дескать, вот повысил цены — виноват. И все это специально показывают на всю страну, — считает политолог.